Потомок Древних

Альзаир Андонтьев - преподаватель Артефактологии в Академии магии, имеет так же степень магистра в области истории. Необычный выбор профессии для отпрыска чистокровного рода, который знаменит своими выдающимися боевыми магами. По слухам, распускающимися, в основном, именно членами семейства, Андотьевы - настолько древний род, что его основатели застали открытие порталов, а в совсем абсурдной версии этих сплетен - даже приложили к этому свою руку. Репутацию такой набор создаёт соответствующую - прирождённые воины, достойные уважения и восхищения, но при этом закостенелые снобы, повязанные ворохом устаревших традиций и норм морали. Местами неоднозначны, но непременно величественны. Мог бы кто-то безошибочно определить Альзаира как наследника рода Андотьевых по подобным описаниям? Безусловной подсказкой, конечно, стал бы его человеческий облик (если он не прячет в штанах хвост или щупальца), ведь для нынешних времён стопроцентные люди сродни чуду. Однако здесь есть нюанс, который способен сбить с толку - мерцающий шрам на пол лица. Часть последствий смешения расс? Только персонал и ученики Академии магии знали, что это результат взрыва неудачного зелья стабилизации эмоционального фона. Оно создано для повышения концентрации при выполнении особенно сложных заклинаний, а на лице Альзаира в качестве шрама стал индикатором его эмоций, меняя цвета на соответствующие настроению. Какой ингредиент по неуклюжести Альзаира попал в котёл, не знал и он сам, а сводить шрам отказался, испытывая непосильное смущение при мысли, что он доставит столько мороки разработчикам антидотов. "А что, – усмехался тот, – учит контролировать эмоции. Полезная вещь". Таким образом его нельзя было с первого взгляда уверенно назвать человеком. Но даже если заметить его на улице вполоборота, не видя причудливый отпечаток на лице, то следующим явным признаком представителя рода потомственных боевых магов должна стать развитая мускулатура, внушительный размах плеч и уверенная осанка. Однако и всё это не о нём. Альзаир хоть и был высок, но при этом худощав и довольно несуразен, будто бы рано вытянувшийся подросток. И даже фамиляьяр волшебника не являлся олицетворением силы, а был магическим аналогом обычной пудельной моли, за свою мягкость получив кличку Пушок. С самого детства Альзаир был слабым и болезненным ребёнком, который был часто прикован к постели и был вынужден развлекать себя преимущественно чтением книг. Из-за этого отец долгое время не мог начать его тренировать, как ему того хотелось, - мать жалела ребёнка и не подпускала мужа. Отец злился, но сделать ничего не мог. Альзаир же взрослел, а его увлечение книгами крепло. Библиотека Андотьевых действительно была бесценным складом уникальных старинных трудов, редчайших книг, монографий предков и исторических летописей. Вскоре уже самого парня можно было назвать этим самым складом исключительных знаний. Казалось бы, путь науки для Альзаира был очевидным выбором. Но в подарок на своё 16-летие он получил от отца путёвку в Школу боевых магов. Мать лишь сочувствующе качала головой - помочь не в силах. Полтора года изнурительных и жестоких тренировок и неизменное последнее место по физической подготовке. Казалось, мышцы специально отказывались нарастать на его хрупкую фигуру. Только теоретические предметы давались парню относительно легко, но этого было мало для победы в боях. А потом срочный вызов домой посреди учебного года. Постель. На ней бледный отец, поражённый неизвестным и быстро распространяющимся проклятием. Прощание перед смертью. Много раскаяния и сожаления за прошлые годы. Благословение на занятие наукой и разрешение бросить Школу боевых магов. Вручение защитного амулета, который передаётся в семье уже с десяток веков. Поручение беречь и никогда не снимать. Просьба заботиться о матери, её плач на фоне. И смерть. Слишком быстро. Всё случилось ужасно быстро. Его уже уводят из родительской спальни. И этот амулет в руках с изображением дерева - классического символа семьи, который так часто мелькал перед глазами на шее у отца... Какого черта он не защитил его? Разве не в этом его функция? Хотелось швырнуть его о ближайшую стену. Тогда. Сейчас же он спокойно болтался на шее Альзаира, который всё-таки стал тем, кто старается вложить в головы юных магов хотя бы крупицу своих знаний; стал тем, кем хотел быть. И когда стражи барьера Мёртвого мира неожиданно пропали в первый день месяца Острой Луны, во всем Универсуме, вероятно, не было более компетентного мага, который мог бы отправиться на разведку. Большой проблемой было то, что любые исследования там проводить сложно и опасно, техника там отказывается работать, а любые попытки использовать магию, приводят к несчастным случаям. Чтобы отправиться в путь, нужно было иметь внушительный запас знаний об устройстве и истории магии, а так же подтянуть огромный пласт знаний о более традиционных методах защиты и атаки. По решению Цитадели всё это казалось посильной задачей для наследника многовекового рода потомственных боевых магов, а так же артефактолога и историка Академии магии. Для обхода некоторых магических ограничений Мертвого мира, пришлось использовать энергию драгоценных камней и зелья. Для каждого мага существует своя пара камней, которые им подвластны, иногда несколько - чем больше, тем лучше. Это определяется во время обучения в Академии магии, но уже давно чисто формально и не используется на практике. Для Альзаира это бирюза, сапфир и оникс. Ими инкрустирован его магический браслет в уникальном узоре, а так же очки ночного виденья и кинжал. Зелья так же не являются прямым всплеском магии и имеют хоть какой-то шанс на успех наравне с камнями. Поэтому к снаряжению добавился зельемёт, выпускающий зельевые пули, зачарованные заранее. А так же в снаряжение имелось несколько зельевых гранат. Из одежды было принято решение надеть костюм из драконьей кожи - просто и надёжно. Хотя говорить о какой-либо надёжности в Мёртвом мире было неуместно, всё это имело шансы на успех, но не 100%-ые. В таком нехитром комплекте и с Пушком на пару Альзаир отправился в экспедицию в гробницы. Двигаясь по карте сигнала одного из стражей-псионика, маг довольно легко добрался до места, где сигнал обрывается. Удивительно, но ничего страшнее громадных насекомых разных сортов им не попалось. Пара небольших провалов в дороге, несколько особенно пыльных, практически безвоздушных мест длиной в пару метров - только и всего. В точке, где сигнал обрывается, был вход в комнату. По строению это походило на зал, например, для сборов - прямоугольная каменная коробка, сплошь исписанная рунами с изображениями магических предметов, которая была соединена ещё с какими-то комнатами, двери в которые были заперты. Всё внимание перетягивал относительно маленький алтарь, который был основным источником освещения. Он представлял собой гранёную каменную крышку с надписями схожими с настенными и круглой дырой в центре, а вся эта плита лежала на огромном светящемся голубом кристалле. По сути, это было единственным предметом для изучения в комнате, поэтому Альзаир и Пушок сразу осторожно двинулись к нему. И лишь коснувшись плиты рукой, амулет на шее мага с силой потянул его к центру крышки, желая встать на своё законное место в середине, и одновременно с этим центральные двери стали медленно открываться...