Он стоит почти два метра высотой — тощий, шершавый, почти бесплотный. Его правая рука замерла в указующем жесте, левая — сломанная, беспомощно висящая — когда-то была задумана для объятий с другой фигурой. Но этот человек один. И этот жест, рожденный в бессонную ночь между полуночью и рассветом, через 68 лет стал самой дорогой скульптурой в истории человечества — 141,3 миллиона долларов на аукционе Christie's в мае 2015 года.

Как создавался шедевр за одну ночь

1947 год. Париж только начинает оправляться от ужасов Второй мировой войны. У Джакометти — жесткий дедлайн перед выставкой в Нью-Йорке. Он мечется, уничтожает сделанное за день. Конкуренцию ему составляют великие — Пикассо, Миро, Бретон, с которыми он общается в парижских кафе.
И вот в какой-то момент, отчаявшись успеть к сроку, он запирается в мастерской на улице Ипполит, 46. Сам скульптор позже рассказывал: он создал «Указывающего человека» «за одну ночь между полуночью и девятью утра следующего дня». Словно в лихорадке, он лепил из глины то, что потом назовут «L’Homme au doigt».
Интересно, что изначально левая рука фигуры была задумана для объятий другой скульптуры — возможно, это был парный образ. Но в процессе работы Джакометти решил, что этот человек должен быть один. Он отсек лишнее, оставив лишь жест — указующий перст, который стал символом экзистенциального выбора и страха перед будущим.
Особая ценность того экземпляра, который ушел с молотка за рекордную сумму, в том, что Джакометти лично наносил патину на бронзу «вручную, чтобы усилить выразительное воздействие». Это единственная отливка из шести, где мастер собственноручно работал с поверхностью.

От сюрреализма к экзистенциализму: как рождался стиль

Путь к этому жесту был долгим и мучительным. Джакометти родился 10 октября 1901 года в Швейцарии, в семье художника. В 1922 году он уехал в Париж — мировую столицу искусства. Учился у Антуана Бурделя, ученика самого Родена.
В 1920-1930-е годы Джакометти активно участвовал в движении сюрреалистов, дружил с Андре Бретоном, создавал «магические объекты» и «скульптуры в клетке». Его ранние работы — «Женщина с перерезанным горлом» (1932), «Подвешенный шар» (1930-1931) — полны агрессии, эротизма и сновидческой фантастики.
Но в 1935 году случился разрыв. Сюрреалисты исключили Джакометти из группы — он посмел вернуться к работе с натурой, к реальным моделям, что считалось «изменой» принципам автоматического письма и подсознательного творчества.
«После этого я вернулся в свою мастерскую и начал поиски собственного пути», — вспоминал скульптор. Следующее десятилетие он работал как одержимый — создавал и разрушал свои скульптуры, почти не показывая их публике.

Мастерская как убежище и ад

Мастерская Джакометти на улице Ипполит, 46 заслуживает отдельного рассказа. Он снял ее в 1926 году, когда был молодым и бедным, и планировал «переехать как можно скорее, потому что это была просто дыра — всего около 20 квадратных метров». Он прожил там до самой смерти — 40 лет.
Другой художник на его месте давно перебрался бы в просторное ателье. Но не Джакометти. «Ты любишь тень», — говорила ему мать, когда он был мальчиком.
Что можно было увидеть в этой легендарной мастерской? Американский дирижер Роберт Крафт описал ее в 1965 году так: «разбитый стол, печка-буржуйка и маленькое дерево, растущее прямо из пола, как средневековое чудо». Никаких коллекций других художников, никаких артефактов или безделушек — только его собственные работы, материалы и бесконечные листы бумаги.
«Ввиду количества рисунков, оставленных Джакометти, можно поверить, что его рука просто никогда не останавливалась», — пишет биограф Майкл Пеппиатт.

Жизнь между гениальностью и одержимостью

Личная жизнь Джакометти была такой же сложной и противоречивой, как его искусство. В 1949 году он женился на Аннет Арм — но это не помешало ему иметь бурные романы на стороне. Аннет пришлось мириться с изменами мужа.

Самой известной музой позднего периода стала Каролин — молодая женщина с сомнительной репутацией, связанная с парижским дном. Джакометти встретил ее в кафе, провел с ней ночь, а потом она стала его любовницей и одной из главных моделей. Он осыпал ее подарками, деньгами и создавал скульптуры, пока законная жена делала вид, что ничего не происходит.

У Джакометти был невероятно широк круг общения — художники, писатели, философы, драматурги. Среди близких друзей — Сэмюэль Беккет, ирландский драматург, лауреат Нобелевской премии. Они познакомились в 1937 году и стали известными собутыльниками в Монпарнасе. Беккет говорил о Джакометти: «Для него вещи были неразрешимы, но это заставляло его двигаться дальше».

Еще одна важная фигура — Жан-Поль Сартр, философ-экзистенциалист, который посвятил творчеству друга два фундаментальных эссе. Сартр увидел в тонких, хрупких фигурах Джакометти воплощение своих идей: одиночества человека в космосе, абсурдности бытия и необходимости выбора.
Сам Джакометти, впрочем, не любил, когда его называли «скульптором-экзистенциалистом». Он говорил, что просто изображает то, что видит. «Когда я смотрю на человека на расстоянии, он становится маленьким, почти невидимым. Я пытаюсь передать это ощущение».

Тайна худых фигур: диагноз и прозрение

Существует гипотеза, которая объясняет «фирменный» стиль Джакометти весьма прозаично. В 14 лет он переболел свинкой, и болезнь дала осложнение — пожизненные проблемы с потенцией. Для молодого человека, который только входил в мир взрослых отношений, это стало психологической травмой.
Джакометти чувствовал себя «неполноценным», «худым», «истощенным». Возможно, именно поэтому его фигуры — это автопортреты души, которая считает себя ущербной. Его скульптуры — не люди, а тени людей, скелеты желаний, с которых содрали всю плоть.
Но есть и другая история — о художественном прозрении. Однажды в кинотеатре Джакометти обернулся и посмотрел на зрителей в зале. Он был потрясен: люди казались ему крошечными, почти исчезающими в пространстве. «Когда я смотрю на человека, я вижу не столько его, сколько пустоту вокруг него», — понял он. И начал лепить это ощущение.

«Указывающий человек» сегодня

Всего существует шесть отливок «Указывающего человека» плюс один «artist’s proof» (экземпляр для автора). Одна скульптура находится в нью-йоркском MoMA, другая — в лондонской галерее Тейт, третья — в Художественном центре Де-Мойна в Айове, четвертая — в коллекции Glenstone в Мэриленде.
Именно экземпляр из Де-Мойна, кстати, имеет особую историю провенанса: он был приобретен через галерею Пьера Матисса (сына Анри Матисса), затем принадлежал коллекционеру из Нью-Йорка, потом лондонскому дилеру Томасу Гибсону, и наконец в 1976 году попал в музей.
А тот самый рекордный экземпляр, проданный за 141 миллион, 45 лет провел в частной коллекции Шелдона Солоу, прежде чем появиться на торгах. Покупателем стал миллиардер Стивен Коэн, владелец нью-йоркской бейсбольной команды «Метс» и один из богатейших людей планеты.

Почему это искусство?

Что заставляет людей платить такие безумные деньги за «худого бронзового человека с пальцем»? Возможно, дело в том, что Джакометти удалось невозможное — запечатлеть само время. Послевоенный мир потерял иллюзии. Люди чувствовали себя маленькими, хрупкими, одинокими перед лицом истории. Их бросало из стороны в сторону — как эту сломанную левую руку, которая когда-то тянулась к другому, но так и не дотянулась.

«Человек… человеческая особь… свободная личность… Я… палач и жертва одновременно… Человек — и одинокий человек — утративший связь — в полуразрушенном страдальческом мире — кто ищет себя — начиная с нуля», — писал о работах Джакометти поэт Франсис Понж.

Джакометти умер 11 января 1966 года в швейцарском Куре. Его именем названа улица, его портрет украшал стодолларовую купюру Швейцарии. Но главное — он оставил миру образ, который невозможно забыть: человека, который указывает в пустоту и тем самым наполняет ее смыслом.

«В основном я работаю ради эмоций, которые испытываю, только когда нахожусь в процессе созидания» — Альберто Джакометти.

Alberto Giacometti. Diego Sitting. 1948. Sainsbury Centre for Visual Arts

Alberto Giacometti. Isabelle in Studio. 1949. Musee d’Orsay Paris

Alberto Giacometti. Interior of Studio. 1949. Tate Modern London

Alberto Giacometti. Annette. 1950. MoMA NY

Alberto Giacometti. The Cage. 1949. Albertina Wien

Alberto Giacometti. The Chariot. 1950. Kunsthaus Zurich.